Сначала Эйлин показалось странным, что он одет в гражданскую одежду и носит непривычные для него аксессуары. А увидев татуировки, она и вовсе не узнала мужчину. Эйлин недоверчиво посмотрела на него и осторожно позвала:
«…Сэр Диего?»
Мужчина взглянул на Эйлин, и сигарета едва не выпала у него изо рта.
«Привет!»
Он поспешно выплюнул сигарету и затоптал её ногой.
«Что, во имя всего святого, мисс делает здесь? И что это за одежда?»
«Так это действительно вы, сэр Диего!»
Сэр Диего был рыцарем великого герцога, который, как заранее упомянул Лотан, купил для Эйлин в подарок куклу-кролика.
«Да, это я. Мы это уже выяснили. Но почему вы здесь? Вас кто-нибудь сюда затащил?»
Глаза Диего в панике округлились, словно он в любой момент был готов выхватить из-за пазухи пистолет. Вместо ответа Эйлин посмотрела на вывеску над магазином, возле которого стоял Диего.
Это был магазин. Точнее, магазин, где продавали алкоголь и сдавали комнаты.
«…»
Не говоря ни слова, она снова посмотрела на Диего. Тот проследил за её взглядом и тут же запаниковал.
Диего принялся горячо оправдываться, словно умирал от несправедливости.
«Клянусь, всё не так, как выглядит. Абсолютно не так, мисс! Я был при исполнении, клянусь!»
«…Здесь?»
«Нет, чёрт… Да чтоб меня… Это же безумие…»
Он прикрыл рот ладонью, не дав себе договорить.
«Простите, мисс. Пожалуйста, забудьте. Я не хотел…»
«Всё в порядке!»
Диего застонал и схватился за голову. Пережив один-два душевных потрясения, он с подавленным видом протянул руку Эйлин.
«Позвольте проводить вас обратно, миледи. Поговорим по дороге в город».
«Вы сказали, что были при исполнении».
«Разве есть более важное поручение, чем сопровождать мисс Эйлин?»
Он снова предложил ей руку, но Эйлин покачала головой. Прежде чем он успел силой вытащить её из переулка, она честно сказала:
«Я пришла найти отца. Вы знаете, где он?»
Лицо Диего исказилось, и Эйлин сразу всё поняла. У него был вспыльчивый характер, и он изо всех сил старался сдерживать эмоции.
«Вы знаете».
«Ха…»
Диего вздохнул и махнул рукой. Внезапно из тени переулка выскочил мужчина в потрёпанной одежде.
«Скажи им, что леди пришла».
«Да, сэр».
Когда мужчина скрылся в магазине, Диего осторожно потянул Эйлин за рукав.
«Идёмте. Если с вами что-нибудь случится на этой сумасшедшей улице, меня затопчут насмерть».
Он повёл Эйлин в магазин, возле которого ещё несколько минут назад прислонялся к стене. Незнакомая обстановка пугала её. Но Эйлин знала, что Диего не позволит причинить ей вред, поэтому позволила вести себя за собой.
Несмотря на кричащий внешний вид, внутри всё оказалось вполне прилично. Здесь было похоже на обычную гостиницу с рестораном. За несколькими столиками сидели посетители, и все они, судя по всему, были солдатами великого герцога. Увидев Диего, они вскочили и отдали честь.
«Садитесь, садитесь».
Диего снова махнул рукой и выдвинул для Эйлин стул.
«Хотите горячего шоколада? Или тёплого молока с мёдом?»
«…Пива, пожалуйста».
«П-пива?»
Услышав это слово, Диего так изумился, что исчез, бормоча себе под нос:
«Наша маленькая мисс… совсем выросла… пьёт пиво…»
Но он всё же смирился с ситуацией и вскоре вернулся с большой кружкой пива и фруктами. Эйлин почувствовала жжение, когда выпила пиво. Поставив наполовину опустевшую кружку, она снова заговорила:
«Я знаю, что вы знаете. Выкладывайте».
Диего промолчал.
«Вы не можете сказать, потому что вам нельзя говорить, или…»
Деревянная лестница заскрипела и протяжно застонала. По ней медленно спустился мужчина с расстёгнутой рубашкой, растрёпанными волосами и пронзительным взглядом. Его губы чуть разомкнулись, когда он обратился к девушке:
«Эйлин, ты должна на меня сердиться».
Эйлин застыла с кружкой пива в руке, но всё же сумела выдавить:
«…Ваше высочество, великий герцог».
Завтра должна была состояться церемония победы. Утренние газеты посвятили несколько страниц мероприятию великого герцога. Сообщалось, что он отправится в турне по провинциям на благо страны. И всё же сейчас он находился здесь — человек, которого считали самым занятым из всех.
Эйлин недоверчиво смотрела на него, но быстро отвела взгляд. Иначе её лицо залилось бы ярко-красным румянцем.
Неряшливый вид Чезаре придавал ему странное очарование. Было непривычно видеть, как он непринуждённо носит обычную гражданскую одежду вместо привычной формы. Особенно сильно это бросалось в глаза из-за расстёгнутых пуговиц, открывавших ключицы.
Он неторопливо подошёл и сел напротив Эйлин. Девушка всё это время пребывала в оцепенении, но, заметив свою невежливость, поспешно поднялась. Диего и остальные солдаты уже стояли навытяжку.
Чезаре перевёл взгляд на стол. Увидев наполовину пустую кружку пива, он усмехнулся.
«Вы выпивали?»
Эйлин прикрыла губы тыльной стороной ладони. Разговаривать, пропахнув алкоголем, было не только недостойно леди, но и просто ужасно.
На самом деле Эйлин не любила пить. Она предпочла бы горячий шоколад или молоко с мёдом. Однако ей не нравилось, что Диего обращается с ней как с ребёнком, поэтому она выбрала самый «взрослый» напиток.
И теперь горько об этом сожалела.
«Может быть, немного…»
Эйлин осторожно взялась за край платья. Она так сильно впилась ногтями в ладони, что те побелели. Ей действительно казалось, что её отчитывают.
«У меня есть вопрос».
«Спрашивайте».
Разрешение было дано без колебаний, но Эйлин не могла раскрыть рта. Чезаре наклонился к ней.
Его тень полностью накрыла Эйлин. Почувствовав огромную разницу в росте, она невольно задержала дыхание. Эйлин опустила глаза, не в силах смотреть Чезаре прямо в лицо.
«Что такое? Не можете?»
Эйлин не была уверена, что дело только в Диего, но ей не хотелось рассказывать о личном в присутствии незнакомых солдат. Чезаре улыбнулся и мягко заговорил с Эйлин, всё ещё колебавшейся:
«Может, поговорим наедине?»
Его кокетливый голос был слаще молока с мёдом. Эйлин смиренно ответила, чувствуя, как покалывает щёки:
«Да…»
Она резко подняла глаза и тут же пожалела о своём ответе.
Чезаре поднял Эйлин на руки.
«В-ваша светлость!»
«Ты сказала, что нам стоит поговорить наедине».
Он держал взрослую женщину, словно маленького ребёнка, и быстро поднимался по лестнице. Эйлин в панике забилась у него на руках.
«Я могу идти сама!»
«Некоторые ступени прогнили от времени. Это опасно, так что будь умницей».
«Но… но…»
Чезаре легонько прижал ладонь к спине пытавшейся вырваться Эйлин. Почувствовав его большую руку, она окаменела. Он слегка похлопал её по спине. Когда Эйлин успокоилась, Чезаре продолжил, словно хваля её:
Эйлин чувствовала себя совершенно беспомощной и умирала от стыда. Чезаре продолжал обращаться с ней как с ребёнком, и это сравнение навсегда останется её болезненным воспоминанием. Хуже всего было то, что никто здесь не находил происходящее странным.
Ни Диего, ни солдаты даже бровью не повели. Они считали совершенно естественным, что великий герцог несёт Эйлин наверх.
Во всём виноват был Чезаре.
*«Почему он всегда так любит устраивать представления?!»*
Каждый раз, когда он подавал такой пример, все ему следовали, создавая за собой настоящий хаос. Конечно, в детстве Эйлин часто носили на руках, но теперь она была взрослой женщиной.
*«Я вполне могла сама перешагнуть через две или три сломанные деревянные ступени, большое спасибо!»*
Но теперь, когда она оказалась в объятиях Чезаре, пытаться вырваться было бессмысленно. Эйлин сдалась и без лишних вопросов обвила руками его шею.
От прикосновения к его сильному мускулистому телу сердце Эйлин забилось быстрее. Она боялась, что Чезаре услышит его стук.
К счастью, добравшись до верхней площадки, Чезаре сразу опустил Эйлин на пол. Она неуверенно пошла следом.
Они вошли в комнату, обставленную как приёмная. Обычно Эйлин огляделась бы по сторонам, но сейчас не могла. Она слишком остро ощущала его присутствие.
Эйлин рассеянно поглядывала на Чезаре и вздрогнула, когда их глаза встретились. Чезаре усмехнулся, а его длинные ресницы дрогнули.
«Я ещё ничего не сделал».
Он жестом предложил Эйлин сесть на диван, а сам направился к полке у противоположной стены.
«Хотите печенья? Чая нет».
Кого она пыталась обмануть? Изображать взрослую в его присутствии было бессмысленно.
Эйлин тихо ответила:
«Да».
Но почему в «приёмной» не было чая?
Она с интересом оглядела комнату, однако её недоумение быстро исчезло, когда Чезаре принёс и положил ей на колени печенье в индивидуальных упаковках.
Он сел напротив Эйлин, положив руку на спинку дивана.
Он смотрел на Эйлин, изучая её багровыми глазами.
***